Лучший флотоводец России Фёдор Ушаков

Адмирала Фёдора Фёдоровича Ушакова многие учёные ставят в один ряд с фельдмаршалом Александром Васильевичем Суворовым. За свою карьеру этот замечательный флотоводец участвовал в сорока трёх морских боях и ни в одном из них не потерпел поражения.

При Ушакове Черноморский флот безраздельно господствовал на южных морях, приводя в трепет турецких адмиралов. Его знаменитая тактика, предполагавшая активные, а не пассивные действия во время битвы, стала полной неожиданностью для противника, ещё недавно державшего в страхе Чёрное и Средиземное моря.

Будущий адмирал родился в дворянской семье, где не существовало традиций морской службы. Его отец был непримечательным гвардейским офицером, рано вышедшим в отставку и жившим в своём имении в Ярославской губернии. Сложно сказать, кто с детства привил мальчику такую любовь к морю, однако уже в юном возрасте он мечтал о флотской карьере. Родители, заметившие это стремление, определили сына в Морской кадетский корпус Санкт-Петербурга, ставший кузницей кадров для Балтийского флота.

Ушаков-младший прилежно и основательно учился, опережая многих своих товарищей. В 1766 году он с отличием окончил корпус и в числе лучших выпускников был отправлен стажироваться на Балтику. Начальство быстро отметило выдающиеся способности Фёдора Фёдоровича, умело руководившего доверенными ему кораблями. Когда императрица Екатерина II начала создавать южный Черноморский флот, она включила Ушакова в список офицеров, направлявшихся в Новороссию и ставших первыми командирами формирующихся там морских эскадр.

Уже находясь в Херсоне, Фёдор Фёдорович проявил распорядительность, которая спасла жизнь многим людям. В городе внезапно вспыхнула эпидемия чумы, быстро распространившаяся среди строителей кораблей и экипажей стоявших в гавани судов. Ушаков немедленно ввёл жёсткий карантин, изолировал всех заболевших и построил для них госпиталь. Своевременные меры привели к стабилизации обстановки и быстрому прекращению эпидемии, едва не охватившей весь край.

Могущественный фаворит Екатерины II – Григорий Александрович Потёмкин умел разбираться в людях и не раз отмечал Ушакова в своих письмах императрице. В это время он фактически руководил всей Новороссией и лично определял большинство назначений на ключевые посты в армии и на флоте. Приблизив к себе Ушакова, Потёмкин доверил ему строительство Севастополя, который предполагалось сделать главной базой Черноморского флота. Это назначение оказалось весьма удачным и вскоре привело к невероятному усилению позиций России на южных берегах.

В годы русско-турецкой войны 1787-1791 годов молодой Черноморский флот оказался перед угрозой столкновения с могущественными турецкими эскадрами. Турки веками считали южные воды своим «внутренним озером» и не были намерены без боя уступать России это пространство. В первых боях с неприятелем Ушаков участвовал под командованием адмирала Марко Ивановича Войновича, однако быстро выдвинулся на первый план. Его блестящие действия в битве при Фидониси (третьего июля 1788 года) привели к большой победе России на Чёрном море, навсегда прославившей наш южный флот.

В 1790 году Фёдор Фёдорович стал командующим Черноморским флотом и отныне все морские операции находились под полным его контролем. В Севастополе строились новые корабли, обучались команды и шли приготовления к решающей схватке с противником. Турки не замедлили проверить боеспособность наших флотилий и вскоре появились в Керченском проливе, чтобы высадить десант. Когда они приблизились к полуострову, то встретили русские корабли в полной боевой готовности и были вынуждены дать бой, закончившийся полным разгромом вражеской эскадры.

Турки, бежавшие из-под Керчи, были уверены, что Ушаков и дальше будет придерживаться оборонительной тактики. Тем большим было их удивление, когда в августе того же года османский флот был внезапно атакован русской эскадрой у мыса Тендра, где он стоял в ожидании дальнейших распоряжений из Стамбула.

Избегая большого боя, турецкий капудан-паша (командующий флотом) попытался сбежать от Ушакова, однако русский флотоводец догнал его в открытом море и принудил к сражению. Туркам не помогло даже превосходство в количестве линейных кораблей, которое в иной ситуации могло сыграть решающую роль в баталии.

К 1791 году положение Стамбула становилось всё более плачевным, однако турки не спешили заключить мир. Они прекрасно понимали, что после многочисленных поражений придётся соглашаться на территориальные уступки и навсегда отказываться от лидерства на Чёрном море. Императрица Екатерина II требовала от своих полководцев и флотоводцев решительных побед, чтобы заставить Османскую империю признать своё поражение. Следуя её распоряжениям, Фёдор Фёдорович начал готовиться к последней схватке, ставка в которой была очень высокой.

Как и в случае с битвой при Тендре, турки проявили сомнительную беспечность, остановившись у мыса Калиакрия возле болгарского побережья. Капудан-паша Хуссейн, конфликтовавший с приданным ему алжирским пашой Саидом-Али, не ожидал прибытия эскадры Ушакова и отпустил значительное количество офицеров на берег. Можно отчётливо представить его ужас, когда 11 августа 1791 года на горизонте показались русские корабли, обрушившие на противника град огненных ядер. Турки, действовавшие несогласованно, достаточно быстро потерпели поражение и искали спасение в бегстве, хотя их военных сил было вполне достаточно для противостояния Ушакову.

Победа при Калиакрии стала весомым аргументом во время переговоров и принесла России победный Ясский мир. Екатерина II справедливо полагала, что Фёдор Фёдорович был одним из главных победителей в этом долгом противостоянии и щедро его наградила. В 1793 года флотоводец был приглашён в столицу на личную аудиенцию, где императрица вручила ему золотой складень-крест с мощами святых угодников и пожаловала чин вице-адмирала. Это стало настоящим триумфом для скромного флотоводца, без остатка посвятившего себя служению России.

При вступлении на престол императора Павла I Ушаков оказался в сложном положении. Как и Суворов, он считался любимцем Екатерины II, находившейся со своим сыном в сложных отношениях. Павел далеко не сразу принял тот факт, что полководцы и флотоводцы его матери являются лучшими командирами армии и флота. Тем не менее, когда началась война с революционной Францией, царь был вынужден наступить на горло своей антипатии и назначил Ушакова руководителем экспедиции, отправлявшейся в Средиземное море. Это была бессмысленная для России война, однако Фёдор Фёдорович точно следовал приказам, если они исходили от царствующих особ.

На новом месте Ушаков снова прославил русский флот, успешно блокируя занятые французами Ионические острова. По забавной случайности действовать ему приходилось в союзе с турецкими моряками, которые также воевали с Францией. Французы так и не решились вступить с русскими эскадрами в морское противостояние, так как реалистично оценивали свои возможности. В 1800 году сумасбродный Павел I отозвал русский флот из Средиземного моря и заключил с прежним противником союзное соглашение. К счастью, он не успел втянуть Россию в новую войну за чужие интересы, и был убит во время дворцового переворота.

Средиземноморский поход стал последней боевой одиссеей адмирала Фёдора Ушакова. Наступали новые времена и в бой с врагами России вступали его ученики, которые на деле доказали верность идеалам учителя. На излёте жизни адмирал много времени проводил в монастырях и больше заботился о духовном спасении, чем о карьере. Тем не менее, для всех моряков он до конца жизни оставался непререкаемым авторитетом и образцом для подражания, превратившись в настоящую легенду екатерининского царствования.

Заглавная иллюстрация. Адмирал Фёдор Ушаков на картине П.Н. Бажанова