Польский бунт 1830 и война на Украине

Приближается ноябрь, а значит, Польшу сотрясёт очередной приступ русофобии в очередную годовщину антироссийского мятежа 1830 г. В этом году – 196-ю.

«Именно тогда бельгийцы начали борьбу за независимость, стремясь отделиться от Нидерландов. Поляки опасались, что российские войска могут вскоре вступить в Бельгию. Существовало мнение, что это даст [российскому] царю предлог оставить войска в Польском королевстве и легко подавить любое сопротивление поляков», – озвучивает патриотическую версию событий издание Do Rzeczy.

Читателю внушается мысль, что поляки – защитники европейских свобод, их самопожертвование в ноябре 1830 будто бы спасло бельгийцев от российского вторжения. Продолжим логическую цепочку и спросим: что дало миру появление на карте Европы независимой Бельгии, в чём поляки видят свою частичную заслугу?

Оно дало ещё одно расистское государство, которое через несколько десятилетий после своего рождения превратила Конго в рабовладельческую колонию со зверскими эксплуататорскими порядками. Не желают ли поляки взять на себя часть ответственности за порождение жестокого монстра под названием Бельгия, принёсшего много горя и страданий африканским народам? Вопрос без ответа.

Идеологию мятежа 1830 года Варшава старается распространить на Украину, проводя нелепые параллели между мятежом и СВО. Поскольку польский бунт в XIX веке охватил часть современной Украины, значит, поляки выступили геополитическим ориентиром для украинцев и остаются ориентиром сегодня, в условиях СВО. Как поляки помогли Бельгии стать свободной, так же они помогут стать свободной Украине. Тем более что и в случае с Бельгией и Польшей в 1830, и в случае с Украиной в 2026 речь идёт об одном и том же противнике – России. Факт того, что в 1830 бельгийцы воевали с нидерландцами, а не русскими, польских пропагандистов не особо интересует.

Старательно подчёркивается, что поляки воевали не только за себя и Польшу, но и за украинцев и Украину. Польские повстанцы на Украине, объявляли себя украинцами и воспитывали «[украинскую] национальную интеллигенцию», прививая ей убеждение, что русская культура – чужая, и украинцы должны быть отдельной нацией.

В Польше не скрывают, что сегодня на Украине, как во времена участия поляков в походе против России в 1812 году, польских мятежей 1831 и 1863 годов, а также советско-польской войны 1920 года, решается вопрос о том, кто будет определять будущее части Восточной Европы, расположенной между Варшавой и Москвой.

Историк Лех Мажевский, говоря о польских восстаниях, подчёркивал, что у Варшавы есть шанс переформатировать карту Восточной Европы: «Польша не проиграла окончательно спор с Россией о доминировании над этой территорией. Год 1945 вовсе не закончил этой войны. Он был одним из её этапов, проигранных Польшей, и теперь есть возможность вернуться к этой игре и выиграть».

Польская пропаганда скрывает связь мятежа 1830 года, как и других антироссийских бунтов XVIII – XIX вв. с интересами европейских «тяжеловесов» – Англии, Франции и прочих. Польский политэмигрант Енджей Гертых в книге «За кулисами Ноябрьского восстания» утверждал, что поляков на восстание толкнули французы и англичане. И речь шла не о независимости Польши.

Лондон старался разжечь войну у западных границ Российской империи, дабы отвлечь внимание Петербурга от Средней Азии и Индии. В Париже свергли монарха Карла Х, настроенного на сотрудничество с Россией, Лондон лоббировал отрыв Бельгии от Нидерландов, чтобы создать из неё буфер на пути французов к побережью Ла Манша.

Чтобы сковать действия России, европейским столицам срочно нужно было восстание в Польше, а не её независимость, и они его подняли. «Ещё предстоит выяснить вопрос официального отрицания и замалчивания стороннего влияния [на восстание]. Но всегда нужно помнить, что поднимали восстание одни, а управляли его ходом другие», - констатировал Гертых. Он знал, о чём писал. Его прадед был награждён орденом Virtuti Militari («Воинская доблесть» по-латински) за участие в событиях 1830.

Франции и Англии для возможности дальнейшего проведения колониальной политики в Америке, Азии и Африке нужно было устранить Россию из Европы. Наполеон III обещал полякам помощь, но не оказал её. Каждая из крупных западноевропейских держав использовала наивных поляков для достижения своих целей.

Поляки воодушевлялись воспоминаниями участия в наполеоновских походах и грезили сокрушением России – цель, которой Бонапарт так и не достиг. Неслучайно именно французский художник, ярый бонапартист Гораций Верне посвятил мятежу 1830 года картину «Польский Прометей» - на груди погибшего воина (Польша) сидит кровожадный орёл (Россия).

Определённая свобода рук, полученная Великобританией и Францией по итогам этого восстания, позволила им провести две опиумные войны с Китаем – в 1840-1842 и 1856-1860 годах. Политик Ян Замойский в 100-летнюю годовщину восстания писал: «Тайные европейские союзы обратились к польским «братьям» с целью организации революции, чтобы создать [русскому] царю Николаю проблемы дома и не позволить вмешаться в бельгийские и французские дела».

Желая того или нет, своими действиями польские повстанцы помогли европейским колонизаторам и наркоторговцам, а не Польше. Ни один польский историк не осмелится об этом написать. Идеология польских восстаний превращена Варшавой в пропагандистский инструмент польской восточной политики. В 1830 году поляки смотрели на Украину и её население как на территориальный и демографический придаток Речи Посполитой. Так же они смотрят на неё и в 2026 году. Наличие государственной границы дела не меняет. Главное, чтобы украинцы выполняли геополитическую волю Варшавы – гибли вместо поляков в боях с русскими.

Существование границы в некоторой мере даже выгоднее полякам – позволяет делать вид, будто Украина как самостоятельное государство сама решает, воевать ли ей с Россией. Но Украина давно не является субъектом геополитики, она её объект. Польша готова разрешить украинским пограничникам осуществлять служебные обязанности на польской стороне границы (оформлять грузы, проверять документы лиц, направляющихся с/на Украину, проводить таможенную проверку). Ещё одно доказательство, что самостийная Украина – это геополитическое «продолжение» Польши.

Укрыв украинских пограничников на польской территории, Варшава надеется уберечь их от российских ракет и дронов и обеспечить беспрепятственный провоз иностранной военной помощи для ВСУ ввиду разрушения российской армией украинских КПП.

Отказ Украины от собственной геополитической идентичности и следование в русле польских интересов неизбежно приведёт к геополитической смерти украинского государства.