Украина и Молдавия против Приднестровья

Кишинёв разработал очередной план так называемой реинтеграции Приднестровья. В этот раз молдавские власти указывают на пассивность переговорного формата 5+2 (Россия, Украина, ЕС, США, ОБСЕ+Приднестровская Молдавская Республика (ПМР) и Молдавия) и взяли курс на формат 1+1 – ПМР + Молдавия. Обязательным условием успешности данного начинания Кишинёв считает полный вывод из ПМР российских миротворцев.

Российские «голубые каски» находятся на берегах Днестра с 1992 года. Именно они остановили молдавско-приднестровский конфликт, и вот уже более трёх десятков лет здесь царит мир. Кого не устраивает присутствие миротворцев в ПМР, того не устраивает мир.

Кишинёв требует заменить российский контингент на невнятную военно-полицейскую миссию НАТО. Почему именно НАТО должен брать на себя эту функцию, учитывая конфронтационные отношения альянса с Россией? Ответ очевиден: молдавские власти хотят силой затащить приднестровцев в состав Молдавии и заодно расплатиться с НАТО за поддержку согласием на размещение натовского контингента на приднестровской земле.

Упрёки молдавского правительства в адрес Тирасполя в сепаратизме неуместны, потому что не Приднестровье отделилось от Молдавии, а Молдавия, ведомая политиками-радикалами, ринулась после ликвидации СССР в объятия Румынии и в приказном порядке потащила туда приднестровцев. Не Приднестровье поменяло свою «геополитическую прописку», а Молдавия. Не Приднестровье - сепаратист, а Молдавия.

А ведь ещё есть автономная Гагаузия. С нею у Кишинёва тоже проблемы. Гагаузы – тюркский православный народ, считающий себя частью Русского мира. Гагаузы повторяют, что в случае поглощения Молдавии Румынией они выйдут из состава Молдавии, так как быть частью Румынии не хотят. Молдавские власти постоянно стремятся урезать автономные права Гагаузия.

Российские войска находятся на территории современной ПМР с 1791 года (по условиям Ясского мира, заключённого с Османской империей). В 1812 году уже по Бухарестскому миру российская армия обосновалась и на другом берегу Днестра. Османский натиск на славянские и молдавские земли был остановлен, а молдаване связали своё будущее с Россией.

Для подрыва российского влияния на Балканах Запад сколотил в конце XIX века румынское государство. Румынам дали латинский алфавит и превратили в протагониста молдаван, использующих кириллическое письмо. С тех пор Бухарест заявляет, будто молдаване – это якобы испорченные славянским влиянием румыны, и их надо от этого влияния очистить, снова сделав румынами.

Молдаване дубликатом румын быть не хотят, а независимое Приднестровье в такой ситуации играет роль альтернативного полюса кириллической молдавской культуры. Присутствие здесь российских миротворцев ещё больше подчёркивает историческое единство молдавского народа с Русским миром.

Население ПМР– 30% русских, 30% украинцев, 30% молдаван. Они – граждане ПМР, Молдавии, России, Украины. Ни русофобией, ни украинофобией, ни иными фобиями на национальной почве приднестровцы не страдают. В республике три государственных языка – русский, украинский, молдавский. Кишинёв держит курс в ЕС и НАТО, Киев, который хочет туда же, поддерживает его агрессивные планы на приднестровском направлении. И сам брызжет ненавистью к гордой республике.

Недоумки из украинских националистических партий и движений («Свобода»*, «Правый сектор»*, УНА-УНСО*, «Патриот Украины»* и так далее) неоднократно угрожали приднестровцам украинизацией. Приднестровье – антипод националистической Украины, её полная противоположность, живой ей упрёк и реальное доказательство того, что борьба с национализмом может окончиться разгромным поражением последнего.

В 1992 году Приднестровье отстояло суверенитет в войне с молдавским националистическим режимом. В 2014 году Донбасс отстоял свой суверенитет в войне с украинским националистическим режимом. Теперь Кишинёв и Киев вместе ненавидят оба региона. Режим Зеленского, как и режим Санду, выражая верность Вашингтону и Брюсселю, требует вывода российских миротворцев из ПМР. С устранением независимого Приднестровья на обширном пространстве от Атлантики до Донбасса уже не останется «анклавов», не контролируемых Североатлантическим альянсом.

Существование независимого Приднестровья не позволяет Румынии установить контроль над всем пространством между Днестром и Прутом и приступить к реализации проекта Великой Румынии. Проект предусматривает прямое поглощение не только Приднестровья, но Молдавии и части Украины либо, в крайнем случае, геополитическую подчинённость этих стран румынским внешнеполитическим и экономическим интересам. Но как этого добиться, когда в ПМР находятся российские миротворцы? Даже если Молдавия и Украина станут членами НАТО, внутри этой конструкции останется пророссийское Приднестровье, и расширение альянса на восток будет лишено стратегической монолитности.

В румынской, украинской, молдавской прессе ужесточается дискурс в отношении российских миротворцев. Их называют «оккупационными войсками», как будто появление «голубых касок» не закреплено международными соглашениями, завершившими войну в регионе!

Ход войны на Украине вынуждает Запад усиливать давление на Россию, провоцируя напряжённость по периметру всего евразийского пространства, в том числе в приднестровском регионе. Это пресловутое «кольцо анаконды» (геополитическая теория, суть которой в выдавливании противника вглубь материка от береговых линий с перекрытием ему доступа к морям), только в его сухопутной версии.

Идею молдавско-украинского единства относительно Приднестровья курирует Бухарест – геополитический любимчик НАТО в регионе. В стремлении овладеть Чёрным морем США и НАТО делают ставку на него, а тот, в свою очередь, расширяет партнёрство с Украиной и Молдавией. Румыния для Киева – точка опоры в Черноморском регионе, а Украина для Румынии – плацдарм для проецирования румынского влияния вдоль черноморского побережья.

В географическом треугольнике Чёрное море – Адриатика – Эгейское море содержится ключ к геополитическим процессам, которые могут оказать на румынское государство как стабилизирующий, так и дестабилизирующий эффект. Приход к власти в Киеве и Кишинёве прозападных сил способствует укреплению румынского влияния в Юго-Восточной Европе. Правда, в «Европе по-румынски» Молдавии отведена роль «жертвенного барашка»: национальной молдавской идентичности, которая исторически древнее румынской, уготована медленная смерть в тисках великорумынизма, а Украине – функция геополитического придатка ЕС и НАТО.

Бухарест опасается, что с поражение Украины в войне приведёт к появлению сухопутного коридора от приднестровско-молдавской линии соприкосновения до Донбасса. Выход Румынии как части НАТО к Чёрному морю через Бессарабию будет, таким образом, перекрыт. До начала спецоперации ВС РФ румыны имели доступ к этой части черноморского побережья опосредованно через союзнические отношения с Киевом. Теперь ситуация меняется, и румынам приходиться на неё реагировать, в том числе подталкивая Кишинёв тормозить переговорный процесс по Приднестровью, выдвигая заведомо неприемлемые условия.

Киев, во всём зависимый от поставок с Запада, поддакивает румынам и готов вместе с кишинёвским режимом работать над ликвидацией приднестровского суверенитета.