Преданный потомками Колумб Полтавы – князь Игорь Святославович
![](/sites/default/files/styles/adaptive/public/images/ps29061901.jpg?itok=XaLM4J7e)
Заметки по поводу 845-летия первого упоминания о Полтаве в Ипатьевской летописи
Не щедр оказался в данном случае хронист на слова, а на эмоции и вовсе скуп. «6682 [от сотворения мира]… Того же лета на Петров день. Игорь Святославич, совокупив полкы свои и еха. в поле за Воръсколъ. и стрете Половце иже ту ловят языка. изыма е и поведа ему колодник. оже Кобяк и Кончак. шле к Переяславлю. Игорь же слыша то поеха противу Половцем. и перееха Въросколъ оу Лтавы к Пеяславлю…»
О чём тут речь? Что в 1174 году по нынешнему летоисчислению, а поскольку писано было по древнерусскому так называемому ультрамартовскому стилю летоисчисления, то годом раньше, новгород-сиверский князь Игорь Святославович отправился в один из своих походов к границам тогдашней Руси «преломити копьё о край поля половецкого». И переправился через Ворсклу в месте впадения в неё речки Лтавы – вероятно, значительной на то время реки, поскольку будущий город, разросшийся на этом месте, получил название именно «По Лтаве», а не «По Ворскле». Либо потому, что других населённых мест по Лтаве не было вообще, а вот по Ворскле им несть числа. Лтаву же отождествляют то ли с Полтавкой, ныне текущей в трубах под землёй по Мазуровскому яру, то ли с Тарапунькой (монголы переименовали, да так и осталось; означает «быстрая [вода] в высоких берегах», которая в Монастырском яру. Сейчас, впрочем, вода в ней появляется только после таяния обильных снегов либо сильных дождей.
Князь Игорь в этом походе переправился через Ворсклу в «землю незнанную», позже получившую название Дикое поле, где встретил половецкий разъезд, занятый ловлей сбежавшего пленника, отбил его, получил сведения о неприятеле и встретился с ним. «И бе рать мала» – то есть сражение, значение которого летописец не преувеличивает. Половцы «побегоша, весь полон свой пометавше» (бросив); «дружина же Игорева постигше оных. избивше. а иных изъимаша» (настигла, разбила, некоторых взяла в плен).
Ровно нигде не говорится в хронике о том, что князь Игорь увидел здесь, у слияния Ворсклы с Лтавой, какое-никакое поселение. Но и этого упоминания, подкреплённого археологическими находками и времён Киевской Руси, и более давнего, скифского периода, оказалось достаточным, чтобы объявить его «первым летописным упоминанием о Полтаве», презрев и ультрамартовский счёт времени, и даже точное указание «на Петров день», когда православная церковь славит «Славных и всехвальных первоверховных апостолов Петра и Павла»; манипуляциями с календарём определили дату, когда князь Игорь «поеха» и «перееха», 29 июня, под которой «Петров день» никогда не значился.
Памятный камень, установленный на Ивановой горе в честь первого упоминания о Полтаве в Ипатьевской летописи. 1974 год.
Важно, впрочем, другое. Хронология человечества сплошь и рядом пестрит «договорняками» историков. Здесь же в основе – неоспоримое событие: факт очередного (первый был в 1171 году) похода 24-летнего князя Игоря на территорию нынешней Полтавской области и одержание им безусловных побед над половцами и тогда, и позже: в 1178 году половецкий хан Кобяк вновь подходил к Переяславлю Южному «и не щадил там даже младенцев». В 1183-1184 годах Игорь с другими русскими князьями вновь ходили на Кобяка и Кончака, причём весьма успешно: Кобяк и два его сына были пленены князем Владимиром Глебовичем. И отпущены: в печально знаменитом сражении на реке Каяле 1185 года они снова противостояли Игорю Святославичу, разбили русское войско, а его самого взяли в плен, о чём и говорится в «Слове о полку Игореве».
Карта походов князя Игоря. Красной линией обозначен путь его дружины в 1174 году, когда им была «открыта» Полтава.
Таким образом, «Колумбом Полтавы» стал князь Игорь Святославович – главный герой первого произведения русской литературы «Слово о полку Игореве». В отличие от бесстрастного летописца автор «Слова…» нашёл для него множество эпитетов и сравнений, часто в превосходной форме: храбрый, удалой, «мужество избрал себе опорой», сильный и стойкий воин. Походы на половцев автор объясняет тем, что Игорь хочет добыть себе славы: «...Нашу славу силой мы возьмем, А за ней поделим и былую...». Вот ведь какой человек открыл для мира Полтаву!
Князь Игорь. Иллюстрация к «Слову о полку Игореве» художника В.А. Серова
«Петров день» самым мистическим образом отразился на истории Полтавы ровно через 555 лет, когда именно на эту дату назначил своё знаменитое сражение царь Пётр I и которого так жаждал целых 9 лет военного противостояния в Северной войне Карл XII. Король испугался растущей мощи укреплений русского царя, и вывел свои войска на поле близ Яковцов (пригород Полтавы) 27 июня (10 июля), за два дня до даты славления первоверховных апостолов Петра и Павла. Её полтавский победитель отпраздновал в своём лагере, а в следующую ночь въехал в Полтаву, наутро же отбыл к Переволочной принимать капитуляцию остатков «лучшей армии Европы».
Прежде полтавчане прекрасно осознавали роль и место своего города в мировой Истории. В этой связи Полтава несколько раз превращалась в столицу Российской империи: в 1787 году, во время знаменитого «Пути на пользу» императрицы Екатерины II (войсками во время реконструкции Битвы при Полтаве командовал А.В. Суворов), в 1909-м, во время общеимперского празднования 200-летия знаменитой победы. Сюда съезжались историки со всего Союза в 1939-м, когда были восстановлены памятники сражения, разрушенные революцией 1917 года и Гражданской войной; в 1959-м - по случаю открытия восстановленного музея Полтавской битвы и общегосударственного празднования 250-летия полтавской победы.
Полтава – город славы русского оружия, и трудовой славы. Образцы сувенирной продукции, выпущенные к 800-летию города.
А вот «день рождения» самого города отметили только на 800-летие первого летописного упоминания о нём – в 1974 году. Многим до сих пор памятны эти дни. Полтава к тому времени превратилась в крупный промышленный и культурный центр, истинно «духовную столицу Украины». В 62 страны мира экспортировались выпускаемые здесь турбины для тепловых электростанций. От Монголии до ГДР разбегались восстановленные на тепловозоремонтном локомотивы. Сотни городов освещались лампами завода ГРЛ. Электромоторы с полтавской маркой работали на земле, в воздухе, в космосе и под водой. Здесь рождались искусственные алмазы и делался алмазный инструмент. Производились запчасти и агрегаты для автомобилей.
Город-труженик твёрдо сохранял и свою «военную косточку». Элитным почиталось Полтавское высшее зенитно-артиллерийское командное Краснознамённое училище (ПВЗАККУ), выйти замуж за выпускника которого почиталось удачей у полтавских барышень – выпускниц медицинского или педагогического институтов. «Банком невест» называлась хлопкопрядильная фабрика (ПТК). Второе место в рейтинге женихов держали курсанты высшего военного училища связи. Вообще вне конкурса были лётчики тяжёлой бомбардировочной авиадивизии, пилоты и штурманы бомбардировщиков-ракетоносцев Ту-22М3 и других. А отслужив положенные сроки в дальних гарнизонах, военные старались попасть опять-таки в город своей юности, отчего его называли негласно «городом отставников».
Славную историю города знал каждый её житель – от школьника до ветерана вооружённых сил, принимавшего участие в воспитании подраставшего поколения.
Сувенирная продукция к 800-летию города, выпущенная местным заводом «Динамо».
К памятной дате 1974 года Полтава к более чем трём десяткам памятников Полтавской битве и литературным (Котляревскому, Гоголю, Панасу Мирному и другим) добавила ещё один – камень на Ивановой горе с вырезанными словами из летописи: «Игорь Святославович поеха противу половцем…» Город был буквально завален сувенирной продукцией производства здешнего завода украинских сувениров: значками, медалями, плакетками. Местный военный 20-й завод, один из цехов которого был ориентирован исключительно на производство продукции народного потребления, выпустил миниатюрную копию главного полтавского памятника Славы Петра I. Было выпущено немало книг, в частности подарочное издание поэмы А.С. Пушкина «Полтава» – с оригинальным текстом и переводом на украинский язык А. Малышко и М. Рыльского, иллюстрациями художника Ю.М. Головаша. Было что выпить на празднике (полтавская водка славилась далеко за пределами) и закусить – 97 процентов продукции полтавского мясокомбината шло на Москву, то есть имело высочайшее качество.
Поэма «Полтава», изданная к 800-летию Полтавы издательством «Прапор» со штампом «Книга приобретена в Полтаве в дни празднования 800-летия города».
Но полтавчан заставили предать эту славную историю. «Мэр», фамилию которого не хочется называть (да уйдёт она в небытие), убедил тогдашнего президента Леонида Кучму, что Полтаве-де не 825 лет, как оно было на тот момент, а все 1100. Так она, Полтава, из-за предательства своего «очільника» отреклась от князя Игоря, и провалилась в год, о котором летописец писал «в лето [такое-то] не бысть ничтоже». А эмиссары из набиравшей силу Галиции стали силой убеждать, что Полтавская битва – «трагедия Украины».
Мистика это или объективный процесс, но город стал стремительно разрушаться. Умерли заводы – турбомеханический, тепловозоремонтный, алмазный, газоразрядных ламп, «Электромотор», оба военных, автоагрегатный… Даже завод сувениров (иначе – «Динамо»), и тот приказал долго жить. Его мощные прессы ушли в металлолом. Еле живы мясокомбинат и ликёро-водочный, но былого качества выпускаемой продукции дать уже не могут.
Чеканки полтавской тематики, выпускаемые военным 20-м заводом в Полтаве.
С хрустом была выломана и «военная косточка». ПВЗАККУ было закрыто сразу после обретения Украиной «независимости». А вскоре прихлопнута и авиадивизия как «не вписывающаяся в военную доктрину Украины». «Под давлением Государственного департамента США руководство Украины согласилось на уничтожение всех Ту-22/Ту-22М, находившихся на вооружении украинских ВВС» («Википедия»). Это как раз о полтавской авиабазе, прежде секретном объекте «Полтава-4».
О духовности нынешней Полтавы можно говорить лишь в том смысле, что дух этот сейчас тяжёлый. Народ из неё разбегается: ещё сравнительно недавно жителей здесь было 330 тысяч, сейчас едва набирается 280. Поле Полтавской битвы сплошь заросло сорняками в человеческий рост. В центре города стоит, как и прежде, памятник Славы – но радикалы примотали к нему флаги Украины и «Правого сектора»*: яркое свидетельство того, что дикость (неуважение к прошлому) уже получила в Полтаве постоянную прописку. Рядом разрушается здание Полтавского Петровского кадетского корпуса, в котором некогда располагалась церковь святого Сампсония, покровителя города и Полтавской битвы, где в былые времена, по слову хрониста, «была вся Полтава».
Здание Полтавского Петровского кадетского корпуса прежде и теперь: это и главный позор, и символ нынешней Полтавы.
Общий же уровень образования нынешней молодёжи характеризует такой факт: в нынешнем году на экзаменах полтавская учительница (вне программы, естественно) нашла возможным нежно попенять старшекласснику, что зря он произведений автора поэмы «Полтава» не читает. На что великовозрастный недоросль ответил: «Я знаю такого писателя: имя ему Пушкин, а фамилия – Гоголь». Случай, конечно, пока ещё не типичный, но уже характерный.
Заглавное фото: Битва князя Игоря с половцами. Иллюстрация к «Слову о полку Игореве» художника В.А. Серова
* Запрещённая в России экстремистская организация.