Закон о языках: снова политтехнология?
![](/sites/default/files/styles/adaptive/public/images/11031301.jpg?itok=Gg7uCJfC)
Прошло уже больше полугода с момента принятия Верховной Радой закона Украины «Про основы государственной языковой политики». Всем памятны те «непримиримые» бои, которые сопровождали его по «языковым майданам». Сейчас, когда страсти несколько улеглись, интересно посмотреть – насколько реально исполняется этот закон? Или «языковый» вопрос, как и раньше, был использован всеми участниками политического процесса в качестве технологии работы с электоратом в ходе парламентских выборов?
Формально авторам закона удалось выдержать несколько попыток его «улучшить». Причем как со стороны «чужих» (оппозиционеров), так и «своих» (Р. Богатырева и компания). Практически сразу после вступления закона в силу Виктор Янукович отметил, что документ все же «сыроват» и посему требует доработки. Правда, дорабатывать вопрос поручили не авторам, а Богатыревой, которая вряд ли хорошо знакома с предметом, но зато получила возможность заработать политический капитал. Произошло несколько весьма агрессивных публичных перепалок между Киваловым-Колесниченко и Богатыревой по направлениям «улучшения» закона. Затем вопрос стали замалчивать. И оппозиционерам было не до языка. Ведь шла избирательная кампания.
Но зато в первую неделю 2013 года появился нашумевший законопроект за авторством И. Фарион, В. Яворивского и М. Матиос «О функционировании украинского языка как государственного и порядке применения других языков в Украине». Нет смысла сейчас останавливаться на этом образчике пещерного нацизма (а другой характеристики тут не подобрать). На всю абсурдность заложенных в него тезисов обратил внимание в своей публикации В. Колесниченко (1). Впрочем, это документ интересен тем, что воочию показывает, какой конкретно видят Украину национально-озабоченные интеллигенты и какое будущее они ей готовят.
Как провела Украина последние полгода при новом законе о языках? Как будут его внедрять в 2013 году? Здесь ответственность оппозиции минимальна, все зависит от власти. По мнению политолога Михаила Погребинского, закон «Об основах государственной языковой политики» ещё не реализован в полном объёме, но со временем это должно всё-таки произойти (2).
Некоторые факты заставляют в этом сомневаться.
Оказалось, что в бюджете на 2013 год на реализацию положений закона… не предусмотрены средства. Это выяснилось после очередного скандала с И. Фарион, когда она потребовала себе переводчика, чтобы понимать, о чем говорит ее коллега-коммунист А. Зубчевский. Именно такой вывод напрашивается из официального ответа руководителя аппарата Рады В. Зайчука (3).
Другой, хоть и значительно более мелкий, сигнал поступил от Кабмина, который своим решением запретил гражданам Украины использовать какой-либо язык, кроме государственного, при заполнении адреса в телеграммах. Понятно, что сегодня телеграммы уже не являются основной формой коммуникации (современные технологии здесь кардинально скорректировали структуру использования подобных услуг), но тенденция небезынтересная (4).
Надо сказать, что Кабинет министров, в принципе, не торопится с внедрением данного закона в жизнь. В. Колесниченко отметил, что уже несколько раз официально обращался в Генпрокуратуру относительно деятельности правительства, которое не выполняет принятые законы и не привело в соответствие им около полутора тысяч правовых норм (5).
Одним из следствий принятия закона можно считать рост объемов дублирования фильмов на русский язык. Правда, это вызвало неудовольствие главы Комитета Верховной Рады по вопросам культуры и духовности В. Кириленко: «Мы считаем, что иностранные фильмы, которые выходят в украинский кинопрокат, должны дублироваться исключительно на украинском языке. Субтитры могут налагаться лишь на оригинальный языковый ряд». Подобный взрыв негодования объясняется тем, что 82 из 239 фильмов, поступивших в прошлом году в прокат в кинотеатры Украины, не были ни дублированы, ни озвучены на украинском языке (6).
Исполнение данного закона, по существу, возложено на местные органы власти, и именно деятельность местных администраций (и их бюджетная политика) будет влиять на его реализацию. Вот тут и выясняются интересные вещи. Известный своей оппозиционной ориентацией Центр политических исследований и аналитики решил провести исследование относительно того, как на местах собираются исполнять данный закон. Естественно, в первую очередь его интересовали те территории, где приняли документы о признании русского языка региональным. Речь идёт о двадцати местных советах.
Оказалось, что Днепропетровская область не выделяла денег на реализацию закона в 2012 году и не собирается делать этого в текущем году. Аналогична ситуация в Харьковской области. В Херсонской области на программы для обеспечения языковых потребностей нацменьшинств в 2012 году было выделено 2700 гривен (приблизительно 350 долл.), а в 2013 году деньги местным бюджетом на исполнения норм закона не предусмотрены. Не будет денег на реализацию норм закона и в Запорожье (ни в области, ни в городе), в Луганске (там и до этого по программе поддержки русского и украинского языков выделялось около 500 тыс. грн.), в Донецке. Исключение – Одесская область, где деньги все же выделили.
Излишне напоминать, что во всех этих областях большинство в советах принадлежит либо Партии регионов, либо силам, близких к ней.
Вопрос о расходах в местных бюджетах на исполнение закона – не праздный. Для чиновника важна строка расходов, иная мотивация его деятельности – иллюзорна. Если этот вопрос будет пущен на самотек, то закон и дальше будет жить исключительно на бумаге. Впрочем, реализуемость этого закона остается тем «немногим светлым», что еще может ждать электорат юго-востока Украины от партии власти (прорывов в экономике и внешней политике не наблюдается). Желание высоких чинов «сэкономить» на «языковом» вопросе может привести к печальным для Партии регионов последствиям, в преддверии 2015 года особенно.
Как попытку «заболтать» данную проблему можно рассматривать и инициативу решить языковой вопрос через референдум. С такой инициативой недавно выступил глава парламента В. Рыбак. Однако в нынешних условиях говорить о референдуме проще всего, поскольку ясно, что никто его проводить не будет, да и сама власть сделает максимум для того, чтобы этот процесс затянуть.
Зато есть удобный повод поговорить. Решать, мол, бюджетные проблемы в отношении закона Колесниченко-Кивалова до референдума – преждевременно. И, таким образом, снова сделать «языковую» проблему одной из фабул очередной избирательной кампании.
Маловероятно, что в проекте Конституции, над которым сейчас работает Конституционная ассамблея (под руководством первого президента Украины Л. Кравчука), будет прописан особый статус русского языка, а тем более – о русском языке как государственном, наряду с украинским. Соответственно, всегда можно сослаться на то, что решение этого вопроса возможно только через референдум и путём внесения изменений в уже обновленную Конституцию. Однако роль главы государства в отношении назначения референдумов известна еще со времен Ющенко, который просто «не заметил» более 4 млн. подписей в пользу проведения референдума по НАТО (их не замечают и сейчас).
Недавно свою точку зрения на проведение референдума высказал В. Колесниченко: «На сегодня, я убежден, его проводить категорически нельзя. Всем понятно и очевидно: наши оппоненты понесут на избирательные участки даже покойников, лишь бы проголосовать против. Они выйдут, как на войну, а те, кто на кухне рассуждает о необходимости придания русскому языку статуса второго государственного, на голосование даже не явятся» (7).
Может, оно и хорошо, что ныне, как отметил В. Колесниченко, в Европе идёт подготовительная работа к сбору подписей, чтобы в рамках европейской процедуры придать русскому языку статус рабочего языка Евросоюза.
Но гораздо важней, очевидно, чтобы в стране проводилась единая и последовательная государственная языковая политика, а не отдавалась на откуп местным органам власти без быстрого реагирования на бесчинства неофашистов.