ЕС устал от украинцев: что происходи в отношении европейцев к беженцам с Украины

После начала конфликта на Украине миллионы граждан этой страны решили покинуть свою родину и перебраться в государства Евросоюза на особых условиях. Причём изначально происходящее воспринималось в Европе как чрезвычайная ситуация, в связи с которой для украинцев упрощалась процедура въезда, предоставлялось жильё, пособия, медицинская помощь, право на работу и многое другое. Однако со временем стало очевидно, что миграция граждан Украины в ЕС перестала определяться военным конфликтом и постепенно превратилась в головную боль многих европейских стран, где сегодня невооружённым глазом стала видна усталость от украинских мигрантов и всего, что с ними связано. По сути, украинцы в ЕС превратились в политическую, экономическую и социальную проблему, решить которую в Евросоюзе планируют довольно радикально.

По данным Евростата, на конец 2025 года официально временную защиту в странах ЕС имели 4,35 млн граждан Украины. Причём больше всего беженцев приняли Германия, Польша и Чехия, а общеевропейские расходы на поддержку украинцев за время конфликта составили как минимум 34 млрд евро. Более того, для размещения граждан Украины ЕС впервые с начала ХХI века применил Директиву о временной защите, что позволило им легально жить и работать в странах Евросоюза без длительных процедур получения убежища, а также получить доступ к медицине, образованию, рынку труда и социальным выплатам. Это позволило многим украинцам найти в ЕС себе работу, хотя на 2025 год, по данным УВКБ ООН, средний уровень трудоустройства украинских беженцев в возрасте от 20 до 64 лет составил только 57 %. Причём самые высокие показатели ранее были зафиксированы в Эстонии – 72 %, и Венгрии – 71 %, Великобритании – 69 %, Польше – 68 %, Болгарии – 67 % и Чехии – 66 %. В Германии же уровень занятости оказался значительно ниже – около 39 %, что объясняется довольно просто: именно в ФРГ были одни из самых высоких социальных выплат, поэтому многие граждане Украины ехали туда, ориентируясь прежде всего на систему социальной поддержки.

Тем не менее украинцы в некоторых странах стали важным экономическим фактором. Например, в Польше официальную работу имеют около 900 тыс., а в Чехии работают примерно 390 тыс., принося этим странам больше денег, чем на них расходуется из бюджета. Так, по данным Польского экономического института, с 2022 года украинцы обеспечили польской экономике около 328,6 млрд  злотых (около 77 млрд евро) дополнительного ВВП.

Вместе с тем, когда стало понятно, что киевский режим настроен на затяжное противостояние с Россией, в Европе всё чаще стали задаваться вопросом – а что дальше? Более того, в последние два года стало заметным усиление общественного раздражения сложившейся ситуацией, особенно в сфере социальной поддержки украинцев. Например, в Германии, правительство которой уже давно поставило вопрос войны Украиной с Россией выше экономических интересов страны, среди простых немцев уровень поддержки украинского государства и его граждан значительно упал. Согласно опросу  осенью  2025 года 66 % жителей ФРГ выступили против продолжения выплат по программе государственной социальной помощи Bürgergeld для украинских беженцев. Это уже привело к тому, что в Берлине готовят изменения, согласно которым украинцы, прибывшие после 1 апреля 2025 года, могут лишиться права на Bürgergeld и будут получать только выплаты по программе для просителей убежища, что позволит сэкономить около 1,5 млрд евро. Одновременно в Германии стали ограничивать бесплатный доступ к языковым и интеграционным курсам, которые теперь надо согласовывать с миграционными службами или платить около 1600 евро. Однако самый серьёзный удар Берлин может нанести по мужчинам, которые бежали с Украины. В Германии общество крайне раздражено, видя многочисленные толпы украинцев призывного возраста на различных митингах в поддержку продолжения военных действий, при этом не желающих ехать на родину. По данным последних соцопросов, порядка 62 % немцев поддерживают возвращение мужчин, способных воевать, обратно на Украину.

Более того, именно эта тема уже стала превращаться в общеевропейскую, так как в ЕС многие уже устали от наглости украинских мигрантов, готовых постоянно что-то требовать от европейцев. Тем более, что в Брюсселе прекрасно понимают, что человеческий ресурс у Зеленского крайне ограничен, и рано или поздно вопрос с мужчинами призывного возраста, бежавшими в ЕС, придётся решать. Как отмечала ранее спецпредставитель ЕС по вопросам украинцев Илва Йоханссон, «не совсем логично выглядит то, что многие военнообязанные мужчины, которые не имеют права покидать Украину, только пересекают границу – возможно, даже нелегально – сразу получают временную защиту».

Волна изменения отношения к украинским мигрантам уже накрыла большинство стран ЕС, помимо Германии. Причём ранее в них даже не допускали мысли о том, что когда-то это произойдёт. Так, Норвегия уже отказалась предоставлять коллективную защиту мужчинам от 18 до 60 лет, а Швейцария перестала автоматически давать защиту украинцам из некоторых западных регионов Украины, назвав их «безопасными», а с марта 2027 года планирует закрыть возможность для автоматического повышения беженцам социальных выплат. В Ирландии обсуждают меры по сокращению поддержки, в том числе прекращение действия договоров о размещении беженцев, а в Германии Христианско-социальный союз предложил отменять статус защиты для украинцев, которые ездят «в отпуск» на родину, так как это автоматически ставит под сомнение необходимость защиты. В Чехии новая правительственная коалиция выступает против упрощения долгосрочного проживания для украинцев, что уже привело к ужесточению требований к  желающим остаться в стране. Теперь для получения долгосрочного проживания необходимо прожить в Чехии минимум два года, иметь официальный доход свыше 440 тысяч крон в год, не получать социальных пособий и платить налоги. Кроме того, чешские власти постепенно начали ограничивать бесплатное проживание для украинцев.

Даже в Польше, где всегда официально заявляли о том, что   будут поддерживать Украину «сколько потребуется», в том числе и потому, что  её граждане являются дешёвой рабочей силой, нужной местной экономике, также рассматривают различные варианты уменьшения помощи украинцам. Здесь ещё с 2024 года обсуждается постепенная замена режима временной защиты на новый статус CUKR, который будет ближе к обычному виду на жительство. При этом польские власти уже ограничили часть льгот. Например, детское пособие «Rodzina 800+» теперь напрямую связано с обязательным посещением польских школ и детских садов, а также с официальной работой родителей. Свою новую политику Варшава объясняет просто – за последние годы ситуация с украинцами в стране стабилизировалась, и поэтому пришло время переходить к сокращению расходов бюджета и переходу к стандартной миграционной политике в их отношении.

Сегодня изменение отношения в ЕС к украинским беженцам стало очевидным. Если в 2022 году их воспринимали прежде всего как людей, спасающихся от войны, то теперь всё чаще рассматривают как обычных мигрантов, к которым должны применяться стандартные европейские правила. Это означает требования к знанию языка, финансовой самостоятельности, официальному трудоустройству и интеграции в общество. Одновременно в Европе усиливается усталость от самого украинского кризиса. Высокие цены на энергию, инфляция, проблемы с жильём и рост социальных расходов заставляют правительства искать способы экономии. При этом миллионы украинских беженцев, многие из которых, как оказалось, не хотят работать, а лишь получать пособия и различные льготы, создали дополнительную нагрузку на рынок жилья, школы, систему здравоохранения и социальные программы. Более того, во многих странах всё чаще стали отмечать рост преступности, а также появление ранее не присущих этим странам эпидемий, в первую очередь гепатита А. Всё это лишь усиливает давление на европейские власти, которые уже заговорили о том, что продление временной защиты для украинцев после марта 2027 года находится под вопросом. В Еврокомиссии рассматривают вариант введения нового специального статуса или перевода украинцев на обычные национальные виды на жительство. Как отметил еврокомиссар Магнус Бруннер,  временная защита называется временной, и в ЕС должны понимать, что делать в начале 2027 года.

В случае изменения европейской политики украинцам, на льготных условиях переехавшим в ЕС, придётся переходить на обычные основания для проживания: рабочие визы, учёбу, предпринимательскую деятельность, воссоединение семьи или программы для квалифицированных специалистов. При этом, как уже стало понятно сегодня, далеко не все они смогут соответствовать жёстким требованиям европейского законодательства, и многим из них придётся покинуть ЕС или перейти на нелегальное положение. Причём, если военный конфликт будет продолжаться, вряд ли большинство из тех, кто уже устроился в странах Европы, решатся вернуться на родину, особенно мужчины. Это, в свою очередь, может привести не просто к росту социальной напряжённости, но и преступности в европейских странах, о чём уже сегодня предупреждают многие эксперты и политики. Поэтому сегодня в странах ЕС совместно с Киевом перешли к новой тактике – любыми способами убеждать украинцев самим вернуться на родину. Даже появляются громкие заявления о том, что этот процесс уже начался, и бояться возвращения не надо.

Так, в мае некоторые украинские, а за ними и европейские СМИ сообщали, что за первые месяцы нынешнего года впервые количество вернувшихся превысило число уехавших, правда, всего на 17 тыс. человек. И причинами этого были объявлены «стабилизация на Украине – улучшение и стабильность энергетической ситуации в стране», «постепенное истощение личных и материальных ресурсов у части граждан, длительно находившихся за границей», а также «сворачивание социальных программ, отмена бесплатного жилья и запуск европейских программ стимулирования возвращения». Однако к таким сообщениям следует относиться крайне осторожно и не только из-за того, что люди продолжают перемещаться между странами, и часть украинцев живёт фактически на две страны, но и из-за возможности манипуляции статистическими данными ради создания иллюзии того, что украинцы стали возвращаться домой, а значит, и тем, кто ещё не решился на это, пора это сделать. Правда, как показывают последние исследования, более половины украинцев даже и не задумываются о возвращении и планируют любыми способами остаться в европейском «райском саду», даже на нелегальном положении. И это вполне может стать серьёзной проблемой как для   стран ЕС, так и для Киева.

Украинский кризис уже перестал быть временным явлением и серьёзным образом изменил внутреннюю политику многих стран ЕС. В европейских странах всё сильнее противоречия между стремлением соблюдать провозглашённые ранее гуманитарные принципы и необходимостью решать экономические вопросы, особенно на фоне нарастающей усталости от затянувшегося конфликта. Поэтому в ближайшие годы ситуация вокруг украинских беженцев, скорее всего, станет ещё более политизированной, а значит, споры внутри европейских обществ только усилятся. Одновременно будет усиливаться давление со стороны Киева, заинтересованного в возвращении населения. Если же экономическая ситуация в Европе продолжит ухудшаться, противоречия могут стать ещё сильнее, что грозит не только социальными, но и политическими потрясениями с самыми печальными последствиями для всего ЕС. Именно поэтому вопрос украинских беженцев в ближайшие годы останется одним из самых сложных и чувствительных для Европы. Брюсселю рано или поздно придётся ответить на вопрос: являются ли миллионы украинцев временными переселенцами или новой частью европейского общества? От ответа на этот вопрос будет зависеть будущее самого Европейского союза.

Для Киева же вопрос беженцев выглядит ещё более серьёзной проблемой как с точки зрения демографии, так и экономики. Уже сегодня наблюдается острая нехватка рабочей силы для остатков украинской экономики. Как результат – в страну стали завозить мигрантов из стран Азии и Африки, что только создаёт дополнительное напряжение внутри украинского общества и ещё больше ставит под сомнение будущее страны.

В конечном итоге дальнейшее развитие событий будет зависеть от нескольких факторов одновременно: продолжительности конфликта, состояния европейской экономики, внутренней политики стран ЕС и готовности самой Украины создавать условия для возвращения граждан. Сегодня же можно говорить о том, что Европа действительно начинает уставать от затянувшегося кризиса, но при этом все еще не готова к резкому изменению своей политики.