Как русский отряд разгромил поляков при Крушине

В годы польского мятежа 1863-1864 годов местные повстанцы могли противопоставить регулярной российской армии только разрозненные и больше похожие на банды отряды, не отличавшиеся дисциплиной и стойкостью. Они преимущественно нападали на небольшие группы наших солдат или обозы, но старались избегать крупных столкновений. Примером того, как легко русским солдатам и офицерам удавалось разбивать неорганизованных мятежников, служит битва под деревней Крушина. В ходе этого боя польский отряд, который почти в три раза по численности превосходил противника, в течение нескольких часов потерпел такой разгром, от которого больше не смог оправиться.

С самого начала смуты в Варшавской губернии действовал отряд под руководством помещика Эдмунда Тачановского, который собрал под свои знамёна несколько тысяч человек. Операции этой толпы мятежников не имели никакого плана и поэтому не отличались последовательностью. Иногда Тачановскому удавалось добиться незначительных успехов, но чаще он метался между населёнными пунктами, спасаясь от преследования царских войск. После одного нападения, совершенного с собой дерзостью, против мятежника были брошены новые силы, которые 29 августа 1863 года настигли его возле деревни Крушина.

По дороге в деревне Сендзеёвица русский отряд столкнулся со страшным зрелищем зверств повстанцев, захвативших в плен некоторое количество наших солдат. Теперь эти несчастные, порубленные косами, валялись на траве в полураздетом виде, а рядом горели дома польских крестьян, не пожелавших примкнуть к мятежу. Особенно жуткое зрелище представлял собой штабс-капитана Граббе, который был разрублен в нескольких местах и страшно изуродован, но всё ещё оставался жив. Увиденное настолько потрясло присутствующих, что они с удвоенной силой бросились преследовать мятежников, которым собирались отомстить за все злодеяния.

Польский предводитель, как и прежде, попытался скрыться в местных лесах и болотах, однако ему не позволили это сделать. Тогда Тачановский был вынужден принять бой, рассчитывая на численное преимущество. Он бросил на прорыв свою многочисленную конницу, которая попыталась опрокинуть русский отряд, однако оказалась остановлена градом картечи. После этого уже русские колонны начали окружать польское воинство, стремясь охватить противника со всех сторон.

Как это часто бывало у польских мятежников, малейшая неудача мгновенно лишала их мужества. Польская конница в панике бросилась удирать, оставив на произвол судьбы пехоту. Полные справедливого возмущения, русские солдаты не особенно стремились щадить противника, и многие повстанцы были изрублены. Часть тех, кто успел ускользнуть от нашей конницы, утонули в болоте, а остальные разбежались по окрестным лесам. Сам Тачановский под впечатлением от разгрома уже на следующий месяц бросил дело восстания и благополучно перебрался во Францию, где и встретил известие о разгроме мятежа.

Битва при Крушине в очередной раз показала, что единственное, на что были способны поляки – на издевательства над пленными. Даже колоссальное численное преимущество не позволило им одержать верх над небольшим русским отрядом регулярной армии. За проявленное мужество и распорядительность несколько наших офицеров получили золотое оружие  с надписью «За храбрость»,  а также боевые ордена. Впрочем, главной наградой для всех стала месть за замученных товарищей, которые были преданы земле с подобающими почестями.

Заглавная иллюстрация. Сражение под Крушиной на картине С.Г.Шукаева