Вопросы российско-украинской интеграции обсуждались в Ялте
![](/sites/default/files/styles/adaptive/public/images/1integr.jpg?itok=8VGLM8E3)
Тема российско-украинской интеграции не сходит с газетных полос и телевизионных экранов на протяжении всей независимости Украины. Это говорит об актуальности данного вопроса, о его политической и социальной востребованности, а также о постоянном спросе интеграционной идеи у граждан России и Украины. Несмотря на то, что эту идею поддержали Беларусь и Казахстан, Украина к идее евразийской интеграции относится прохладно, хотя преимущества, которые Киев мог бы получить от более тесной кооперации с ними, очевидны.
Поэтому неудивительно, что в рамках образовательного проекта Курсов журналистского мастерства, организованного Институтом стран СНГ в Ялте, тематика российско-украинских отношений была превалирующей. Участниками курсов, которые в этом году проходили с 17 по 30 июня, стали журналисты из разных городов Украины и Беларуси, а в качестве лекторов выступили видные специалисты и признанные эксперты в разных отраслях знаний - от истории до социологии и экономики.
Директор киевского филиала Института стран СНГ Владимир Корнилов указал на разницу в тоне Брюсселя и Москвы, когда речь заходит о дальнейшей судьбе Украины. Если Россия не делает для Киева жёсткой привязки «если в ЕС, тогда не с Россией», то Европа предпочитает увещевать Киев в ультимативной форме, облечённой в дипломатическую обёртку («если с Россией, тогда не с ЕС»).
Москва не считает оба внешнеполитических формата несовместимыми для Украины, полагая, что углубление украинско-российских отношений возможно и на фоне сотрудничества Украины с объединённой Европой. Брюссель же, напротив, жестко предостерегает Киев от шагов в сторону Москвы.
Видимо, украинским властям приходится учитывать мнение своих западных соседей и вместо полного членства в Таможенном союзе придерживаться формулы 3+1. Арифметическая логика учит, что 3+1 даёт на выходе 4, но Киев подчёркивает, что не готов пока пойти дальше секторальных соглашений в рамках Таможенного союза (ТС). Однако принцип секторальных соглашений и является внутренним принципом работы Таможенного союза. Но эти аргументы для Киева звучат пока неубедительно.
По оценкам экспертов, на которых ссылался В. Корнилов в своём выступлении, выгоды Украины от вступления в ТС могут составить $6-9 млрд. в год. В то же время Киев заимствует у МВФ около $10 млрд. в год. По данным Евразийского банка развития, участие Украины в ТС позволит экономике Украины получить 6% дополнительного роста на оцененном в исследовании периоде развития (до 2030 года).
Суммарный накопленный эффект от создания ЕЭП для его участников без присоединения к нему Украины за период 2011-2030 г.г. оценивается в $ 900 млрд. (в ценах 2010 г.), а при присоединении Украины более чем в $1,1 трлн. В то же время, неучастие Украины в развитии интеграционных процессов на постсоветском пространстве ведет к консервации отраслевой структуры ее экономики и, как следствие, к потенциальному замедлению темпов экономического роста из-за невозможности ускоренного наращивания объемов экспортных поставок в ряде важных для страны отраслей и секторов.
Исследование показало, что наиболее динамичное изменение структуры украинской экономики в пользу отраслей с более высоким уровнем переработки достигается в сценарии вступления в ЕЭП с последующим технологическим сближением между странами. В этом случае доля машиностроительных видов деятельности в валовом выпуске Украины увеличивается с 6 до 9%. Суммарный положительный эффект этого варианта интеграции для украинской экономики оценивается за период 2012-2030 г.г. в $219 млрд. в ценах 2010 г., т.е. $12,2 млрд. в среднем в год.
Кроме того, к 2015 году есть все шансы выравнивания внешнеторгового баланса и роста ВВП, поскольку уже к 2030 году совокупный годовой ВВП государств-членов Таможенного союза будет превышать аналогичные показатели тех постсоветских республик, которые останутся вне его границ.
После начала финансового кризиса европейцы закрыли свои рынки от нежелательных товаров. Доля СНГ во внешнеторговой политике Украины сразу же возросла. Сдача экономических позиций Европой — неизбежный финал. Эксперты утверждают, что к 2050 году лидерами по экономическим макропоказателям будут КНР, Индия, Бразилия, Россия и т. д. И если украинская элита интегрирует нас в ЕС, что мы будем делать в 2050 году? Выходить из ЕС и включаться в новый проект? Ведь, по данным City Group, к 2050 году среди ведущих экономик не будет ни одной европейской страны.
Социологические данные (их озвучил Евгений Копатько, руководитель компании R&B) показывают, что в период подписания Харьковских соглашений уровень социального самочувствия украинских граждан был значительно выше, чем сегодня. Возлагались надежды на углубление российско-украинских отношений, планка социального оптимизма значительно поднялась. Но затем колоссальные надежды сменились колоссальным разочарованием, причём произошло это в стремительно короткий период времени, и на данный момент население Украины, впрочем, как и многих других постсоветских республик, выказывает явные признаки моральной усталости и отсутствия социальной солидарности в ситуации, когда количество рисков превышает количество возможностей. Это ли не показатель того, что социальное оздоровление нашего общества возможно только при наличии прочных дружеских связей между Россией и Украиной?
Украина сегодня отстаёт по основным экономическим показателям от Российской Федерации, Казахстана и Беларуси, но продолжает кормить своих граждан сказками о суверенитете. Последнее достижение украинских властей – подписание соглашения об ассоциации с ЕС. Сколько хвалебных слов, сколько дифирамбов пелось этому скромному, а главное, ни к чему не обязывающему документу!
К слову сказать, соглашение об ассоциации Европейский союз подписал уже с Марокко, Алжиром и Молдавией, Грузией, Колумбией и Албанией, Сирией, Ливией. Наличие этого соглашения даже не уберегает от натовских бомб и ракет (вспомните Ливию). И соглашение об ассоциации с ЕС — это не маршрут в демократическое будущее. Если бы это было так, тогда получается, что в Ливии Запад свергал демократа Каддафи? Но сам Запад называл его диктатором.
Соглашение об ассоциации – это не путь в европейскую демократию, как пытаются доказать украинские евроинтеграторы. Если бы это было так, то европейскими демократиями считались бы Алжир, Албания, Сирия, Ливия. Но сразу же возникает резонный вопрос: отчего Европа уничтожает демократию своего же типа в Ливии и Сирии? По меткому выражению директора киевского филиала Института стран СНГ Владимира Корнилова, если Египет – демократия, кого же свергали тогда в Египте в ходе «арабской весны»? Президента-демократа? Но сам же Запад объявил и Каддафи, и Мубарака диктаторами. Получается, что соглашения об ассоциации Брюссель заключал с диктаторскими режимами? А Грузия с ее унизительными просьбами называть ее Джорджия (на английский манер) и нищенскими пенсиями и зарплатами вообще представляет собой типичный пример того, до чего может довести ориентация политических элит на Запад.
Не все присутствующие соглашались с излагаемыми мнениями. Порой разгоралась острая полемика вокруг темы геополитических последствий украинской независимости для евразийского региона в целом, а также некоторых исторических событий, которые российские и современные украинские историки трактуют по-разному.
Представитель Ассоциации православных экспертов Кирилл Фролов, касаясь конфессиональных аспектов общественно-политической жизни Украины, провёл аналогию с Сербией и Болгарией. Как на Украине самыми ярыми ненавистниками православия выступают либо бывшие православные (западно-украинские греко-католики), либо те, кто использует свою принадлежность к православию для внутрицерковных расколов (Украинская церковь Киевского патриархата), так в Сербии и Болгарии агрессивными оппонентами сербского православия выступают бывшие православные и их потомки – босняки, помаки, католики-хорваты, которые составляют с сербами, по сути, один народ.
Аналогия более чем уместная. Тем более что Западу уже удалось отчленить от Сербии Черногорию, тем самым перекрыв первой выход к морю и начав в последней формирование искусственной черногорской нации. Не то ли делается и на Украине, где гражданам внушают тезисы об отдельности украинского народа от русского и белорусского? Заявить, что украинцы – это не русские, то же самое, что внушить сербам Сербской Краины мысль, что они не сербы, а некие «краинцы», отношения к сербам не имеющие.
Станем ли мы свидетелями эффективной и взаимовыгодной интеграции Украины в рамках Таможенного и Евразийского союзов - покажет время. Но уже сегодня ясно: разговор с Западом России, Беларуси и Казахстану вести легче сообща и сообща добиваться известных геополитических, экономических и социальных успехов. Так, может, и Украина в союзе с ними достигнет большего на том же европейском направлении?